Ронда Роузи, возвращаясь в спорт, обрушилась с критикой на современную бизнес-модель UFC. Используя недавнюю пресс-конференцию, посвященную ее предстоящему бою с Джиной Карано, она резко высказалась о низких зарплатах бойцов, проблемах с подбором соперников и новых приоритетах промоушена в эпоху стриминга.
Бывшая чемпионка UFC в легчайшем весе возвращается в ММА под эгидой Most Valuable Promotions Джейка Пола. Ее долгожданный поединок против Джины Карано станет главным событием первого живого турнира Netflix по ММА, запланированного на 16 мая на арене Intuit Dome в Калифорнии. Этот бой позиционируется как знаковое противостояние между двумя пионерами женского ММА.
Ронда Роузи критикует UFC стоимостью 7,7 миллиарда долларов: «Бойцы не могут заработать на жизнь»
Роузи рассказала, что изначально пыталась организовать бой с Карано под эгидой UFC и лично связывалась с Даной Уайтом, но переговоры зашли в тупик после того, как в игру вступили новое соглашение промоушена о вещании и его внутренняя финансовая структура.
Объясняя, почему бой не состоялся в UFC, Роузи представила всю ситуацию как следствие перехода промоушена от системы платных трансляций (pay-per-view) к эксклюзивному стриминговому партнерству с Paramount стоимостью около 7,7 миллиарда долларов. Это лишило звезд традиционного дополнительного дохода от PPV и сместило акцент на фиксированные затраты и прибыль акционеров.
«Как только [UFC] перешло на стриминговую модель, речь больше не идет о проведении наилучших возможных боев. Дана по закону обязан перед акционерами максимизировать их прибыль. К сожалению, теперь, когда они забрали бразды правления у [Даны Уайта], компания едва узнаваема».
Эта критика согласуется с ранее сделанными Роузи заявлениями в интервью, где она утверждала, что UFC «не хотела создавать прецедент», предоставив ей и Карано гарантированный гонорар, который, по ее мнению, они заслуживали, поскольку это могло бы «поднять планку» для остальных бойцов на протяжении всего срока действия сделки с Paramount.
По словам Роузи, новые стимулы промоушена отдают предпочтение «экономически эффективным» турнирам, а не самым крупным возможным поединкам, поскольку гарантированные гонорары за блокбастеры сократят прибыль, ожидаемую корпоративными владельцами и публичными акционерами.
«UFC – одно из худших мест для работы. Так много их ведущих спортсменов уходят, чтобы найти лучшую оплату в других местах. Именно поэтому их чемпионки, такие как Валентина [Шевченко], продают свои откровенные фотографии на OnlyFans».
Ее выпад в адрес Валентины Шевченко вписывается в активные дебаты о зарплатах бойцов и дополнительных источниках дохода, поскольку многие известные лица UFC в последние годы обращаются к подписным платформам и спонсорским социальным сетям, чтобы дополнить свои доходы от выступлений в октагоне.
Аргумент Роузи заключается в том, что в эпоху, когда компания закрепила за собой долгосрочные доходы от медиа, финансовое давление на спортсменов, выступающих в нижних и средних частях карда, должно снизиться, а не подталкивать их к дополнительным заработкам на создании контента.
«Эта компания только что получила 7,7 миллиарда долларов. Нет причин, по которым они не могут позволить себе платить своим спортсменам хотя бы прожиточный минимум».
Указанная ею цифра в 7,7 миллиарда долларов соответствует сообщениям о стоимости нового вещательного соглашения UFC и стала ключевым аргументом среди критиков, утверждающих, что доходы бойцов не соответствуют медиа- и спонсорским доходам промоушена. Бывшая чемпионка в полулегком весе Крис Сайборг недавно поддержала оценку Роузи, заявив, что отказ UFC скорректировать свою модель доходов после перехода на ESPN, а затем в эпоху стриминга с Paramount, стал основной причиной ее ухода в Bellator, где она подписала крупнейший на тот момент контракт в женском ММА.
Роузи также связала свою критику оплаты труда с недавним подбором соперников в UFC, особо отметив широко разрекламированный турнир 2026 года в Белом доме. Это событие, ориентированное на политический пиар и корпоративные достижения, уже столкнулось с недовольством фанатов из-за слабого состава участников и отсутствия нескольких крупнейших звезд промоушена.
Джон Джонс публично добивался места в карде после того, как ранее отказался от предложенного титульного боя в тяжелом весе с Томом Аспиналлом, в то время как Дана Уайт отказал ему, ссылаясь на проблемы с доверием после того, как Джонс отклонил огромное предложение по этому бою. Конор Макгрегор, тем временем, тренируется так, будто он выступит в Вашингтоне, по словам Джона Кавана, но официальный бой не был объявлен, что усиливает ощущение неопределенности вокруг предполагаемого супер-турнира промоушена.
Учитывая прохладную реакцию чемпиона в тяжелом весе Тома Аспиналла на включение Сирила Гана в шоу в Белом доме и Джона Джонса, наблюдающего со стороны, нарратив вокруг подбора соперников в UFC сместился от доминирования к беспорядку, при этом уход Фрэнсиса Нганну в бокс и PFL все еще маячит над недавней историей дивизиона. В этом контексте комментарии Роузи задевают несколько струн: она критикует оплату труда бойцов, но также предполагает, что финансовая логика эры Paramount искажает то, как UFC формирует карды, кого продвигает и как часто фанаты на самом деле видят самые крупные доступные бои.
«Гарантирую, он тоже этим недоволен».
Готовясь к поединку с Карано в главном событии Netflix под эгидой нового конкурирующего промоушена, Роузи позиционирует себя как предостережение и предупредительный выстрел, утверждая, что если компания стоимостью 7,7 миллиарда долларов не готова заплатить за один из крупнейших боев в истории женского ММА, то послание для остальных бойцов невозможно игнорировать.
